Депутат Максим Петлин

20.04.2011

- Максим Анатольевич, Вы рьяно поддерживаете жителей четырех домов на ул. Амундсена, которые протестуют против строительства рынка. Как думаете, чем все закончится?  

- Один из пунктов моей программы «Екатеринбург-Будущее» - это проверка всех  разрешений на строительство, выданных Аркадием Чернецким, на предмет их законности и целесообразности. Так, участок во дворе домов 66-72 на улице Амундсена был выдан ещё в 2006 году, без торгов и в ущерб интересам горожан. Обращение в суд в этой ситуации бесполезно, потому что Постановление Главы города можно оспорить лишь в течении трёх месяцев. Поэтому жителям и отказано в суде. Гражданам самим это постановление обжаловать нереально. Это должен сделать Прокурор или Дума. Прокуратура и ГУВД Свердловской области выявили более 200 земельных  участков, выданных с нарушением федерального законодательства: часть из них застроена, а часть ещё ждёт прихода строителей. Так что отобрать двор могут у каждого, причём неожиданно, предъявляя разрешения Чернецкого, датированные 2006, 2007 годами. У жителей улицы Амундсена выход один - заставить Прокуратуру, областные и федеральные власти начать решать проблему людей. Кроме суда общей юрисдикции есть ещё и  Арбитражный и Конституционный. А вот привлечь внимание к проблеме может только активный гражданский протест.   Кстати, это не мой округ, а вот  окна приёмной депутата Усова выходят прямо во двор стройки, но я не вижу с его стороны активной помощи своим избирателям в Думе.


- А со строительством Торгового центра вместо парка на Репина — ситуация такая же?

- На Репина, 92 ситуация иная. Там участок под стройку передали в октябре 2010 года -  тоже без торгов, а разрешения на строительство нет до сих пор. Но статус парка у этой территории забрали тайно ещё в 2009 году, а выяснилось это лишь сейчас. 

Это самая главная проблема нашей градостроительной политики – она абсолютно закрыта от людей и  непрозрачна. На всех картах Екатеринбурга этот участок обозначен как «Экстрим-парк» и в Генеральном плане Екатеринбурга и в первой редакции Правил землепользования и застройки 2007 года. И договор аренды у застройщика был тоже - на парк, но они за три года это место ужасно испоганили, видимо, специально возили туда мусор, сделали всё, чтобы вызвать отвращение у людей от этого красивейшего места нашего района, а затем начали стройку, чтобы «ликвидировать помойку», приватизировать участок и между делом вырубить 1161 дерево.  На сегодняшний день идёт борьба за то, чтобы вернуть этой территории статус парка, а строителей оттуда выгнать, взыскав с них компенсацию на  восстановление территории.


- Как ситуация с уголовным делом против Вас по этому парку? На данный момент что-то движется?

- Что касается уголовного дела, я бы хотел сразу же опровергнуть то враньё и домыслы, которые транслируют СМИ, нанятые чиновниками мэрии. Во-первых, застройщик меня обвиняет в вымогательстве. Хочу подчеркнуть  - не в «вымогательстве взятки», и не в «получении взятки», а просто  - в вымогательстве. Это чисто уголовное преступление.  Просто заказчики провокации не придумали ничего иного, все остальные статьи УК просто не клеились.

- В чем конкретно Вас обвиняют?

- Я не должностное лицо и не выполняю хозяйственно распорядительных функций, мне не за что давать взятку, поэтому они решили, что я мог только вымогать.  Не знаю, как представят сам факт вымогательства, может, появится ролик, где я орудую утюгом и ставлю его на лысину застройщика, требуя три миллиона в крупных купюрах, может, придумают более оригинальные версии,  - ясно, что это просто абсурд.

Мы проводили акции протеста, но эти акции носили законный и неформальный характер. Мы не выдвигали никаких лозунгов – формально мы просто гуляли в парке. Да, я вставал на пути тяжёлой техники под деревья, которые пытались пилить, но это были мирные протесты, без оружия и насилия. И это  было абсолютно законно: территория парка не огорожена, табличек о проведении работ не было, так что я имел полное право находиться там, имел право требовать документы на вырубку, просто потому, что живу здесь, потому что это мой город.

- Что это тогда были за деньги? 

- У меня было одно условие начала переговоров  - остановка вырубки деревьев. И они прекратили вырубку в начале февраля и с тех пор не рубят. Это первое условие: они не рубят  - мы «в парке не гуляем». Второе условие - изменение проекта стройки, то есть - строительство должно было осуществляться только на той территории, которая уже разрыта, и открытие доступа людям к остальной территории парка.  О третьем пункте они попросили сами - об отзыве писем и иска из суда, в обмен на «помощь в реализации проектов», но я чётко сказал: «Речь должна идти не о помощи, а компенсации вреда от вашей стройки». И считаю, что это требование абсолютно правильное, законное и обоснованное. И это всё должно было быть закреплено в письменном соглашении об отзыве иска из суда. Они со всем соглашались, озвучивали большие суммы, улыбались, жали руки. Но, как оказалось, с такими людьми нельзя даже вести переговоры, тут же сделают провокацию, нарежут видео,  предъявят абсурдные обвинения. 

Беседовала Анна ОСИПОВА